5 писем древних школьников

Значение берестяных грамот для истории

Исписанная береста является одновременно письменным и вещественным артефактом

Для археологов важно не только что написано в грамоте, но и где конкретно она найдена. Некоторые свитки дают понимание того, как звали владельца того или иного дома, чем он занимался и каков был его социальный статус, а также как относился к знакомым и семье

Берестяные грамоты дополняют летописи в части сведений об экономике, деятельности некоторых политических фигур, внешней политике и бытовых деталях. Например, они освещают подробности землевладения в Новгороде, его связи с Ярославлем, Угличем, Псковом, Киевом и другими городами. Грамоты XIV-XV веков свидетельствуют о процессе становления крепостного права и развитии делопроизводства.

Записи на бересте свидетельствуют о высоком уровне грамотности среди жителей Древней Руси — дети начинали учиться писать и считать с малых лет. Крайне интересны сведения о деловых и личных взаимоотношениях, пищевом рационе, одежде и социальном положении различных групп населения. Грамоту знали и женщины, а семейная переписка свидетельствует о том, что они могли заключать договора, заниматься ремеслом, выступать в суде.

Древняя Русь

  • Как образовалось Древнерусское государство?
  • Причины распада Древнерусского государства
  • Слои населения Древней Руси
  • Принятие христианства на Руси: причины и последствия
  • Самое главное о культуре Древней руси
  • Литература Древней Руси, дошедшая до наших дней

ЕГЭ по истории

  • Кодификатор ЕГЭ с объяснением всех тем
  • Перевод первичных баллов ЕГЭ во вторичные. Шкала баллов по заданиям
  • Правители от Рюрика до Путина
  • Даты всемирной истории для ЕГЭ
  • Краткая характеристика всех периодов русской истории
  • Демоверсия ЕГЭ с ответами

ОГЭ по истории

  • Кодификатор ОГЭ с объяснением всех тем
  • Перевод баллов ОГЭ в оценку
  • Демоверсия ОГЭ с ответами
  • Даты всемирной истории для ОГЭ

Выбери ответ

Онфим-летописец

Из всего того большого количества людей разных профессий, что невольно оставили нам свои записки, выделяется маленький новгородский мальчик по имени Онфим (имя, вероятно, является народным сокращением от греческого Анфимий).

Всего за его авторством было обнаружено 12 грамот и несколько рисунков, созданных ориентировочно в середине XII века

Внимание, которые привлекли к себе его записки, обусловлено малым возрастом автора. Судя по особенностям начертания и почерку, ребенку было всего-то 6-7 лет

Это живо свидетельствует о том, насколько была распространена грамота на Руси и как на удивление рано юных новгородцев начинали учить письму. Прописями ему служили самые простые и доступные материалы – донца от изношенных берестяных туесков, по которым он выцарапывал текст и рисунки каким-то твердым и острым предметом. Очевидно, мальчик потерял все свои труды одновременно, благодаря чему они все были найдены археологами в сохранности и в пределах небольшой территории.

Большая часть его записок – это обычные прописи, сродни тем, над которыми корпят дети XXI века. Судя по тому, что Онфим допустил относительно немного ошибок, он не впервые столкнулся с грамотой, он и ранее уже писал буквы. В некоторых текстах он просто выводил свое имя, где-то – тренировался вести деловую переписку, обращаясь к некоему Даниле. Можно предположить, что загадочный Данила, которому писал Онфим, был его одноклассником и соседом по парте. Среди ученых есть предположение, что одно из писем, найденных в общей кипе, было написано не Онфимом, а каким-то другим ребенком тех же лет. Весьма вероятно – Данилой.

Помимо этого, Онфим безусловно понимал смысл слов, которые записывал на бересту. Это становится понятным из подписей к его рисункам. На одном из них он изобразил (довольно коряво, надо признать) себя в образе неизвестного природе чудища и вполне осознанно написал «я – зверь». Судя по характеру его рисунков, этот мальчик, как и многие его сверстники, мечтал стать воином. Как и многим детям его возраста, Онфиму не очень удавалось изображать кисти рук: порой он рисует пятерню, а временами, запутавшись, рисует вместо ладоней трехпалые клешни.

Примечательно, что Онфим и его записки настолько полюбились новгородцам, что ученику из XII века поставили памятник, на котором он запечатлен в образе одного из героев своих рисунков.

Онфим-летописец

Из всего того большого количества людей разных профессий, что невольно оставили нам свои записки, выделяется маленький новгородский мальчик по имени Онфим (имя, вероятно, является народным сокращением от греческого Анфимий).

Всего за его авторством было обнаружено 12 грамот и несколько рисунков, созданных ориентировочно в середине XII века

Внимание, которые привлекли к себе его записки, обусловлено малым возрастом автора. Судя по особенностям начертания и почерку, ребенку было всего-то 6-7 лет

Это живо свидетельствует о том, насколько была распространена грамота на Руси и как на удивление рано юных новгородцев начинали учить письму. Прописями ему служили самые простые и доступные материалы – донца от изношенных берестяных туесков, по которым он выцарапывал текст и рисунки каким-то твердым и острым предметом. Очевидно, мальчик потерял все свои труды одновременно, благодаря чему они все были найдены археологами в сохранности и в пределах небольшой территории.

Большая часть его записок – это обычные прописи, сродни тем, над которыми корпят дети XXI века. Судя по тому, что Онфим допустил относительно немного ошибок, он не впервые столкнулся с грамотой, он и ранее уже писал буквы. В некоторых текстах он просто выводил свое имя, где-то – тренировался вести деловую переписку, обращаясь к некоему Даниле. Можно предположить, что загадочный Данила, которому писал Онфим, был его одноклассником и соседом по парте. Среди ученых есть предположение, что одно из писем, найденных в общей кипе, было написано не Онфимом, а каким-то другим ребенком тех же лет. Весьма вероятно – Данилой.

Помимо этого, Онфим безусловно понимал смысл слов, которые записывал на бересту. Это становится понятным из подписей к его рисункам. На одном из них он изобразил (довольно коряво, надо признать) себя в образе неизвестного природе чудища и вполне осознанно написал «я – зверь». Судя по характеру его рисунков, этот мальчик, как и многие его сверстники, мечтал стать воином. Как и многим детям его возраста, Онфиму не очень удавалось изображать кисти рук: порой он рисует пятерню, а временами, запутавшись, рисует вместо ладоней трехпалые клешни.

Примечательно, что Онфим и его записки настолько полюбились новгородцам, что ученику из XII века поставили памятник, на котором он запечатлен в образе одного из героев своих рисунков.

О чем переписывались новгородцы?

Перечень тем, которых касались жители древнего Новгорода в своей переписке, очень обширен: это и долговые расписки, и деловая переписка торговцев, и просто обычные бытовые разговоры, на которые люди старины были не менее падки, чем их потомки, наши современники. Учитывая, что нередки записки любовного содержания незнатных горожан и характерные указания жен мужьям (что-то из цикла «не забыть купить»), то можно предположить, что новгородцы действительно были хорошо образованы для своего времени.

Прямым подтверждением этому служат записки некоего мальчика по имени Онфим, обнаруженные в 1956 году.

Раскрасить контуры

— Алексей Алексеевич, как изменило открытие берестяных грамот представления историков о культуре Древней Руси?

— Оно значительно их расширило. Благодаря изучению берестяных грамот для нас открылась повседневная жизнь Древней Руси. До того наши знания об этой эпохе базировались на летописях, на таких юридических текстах, как «Русская Правда». Летописи имеют дело с событиями и фигурами «большой» истории, ее герои — князья, знать, высшее духовенство. А как жили обычные люди — горожане, крестьяне, купцы, ремесленники? Косвенно об этом мы могли судить только из юридических текстов, но там ведь фигурируют не конкретные люди, а просто некие социальные функции. Открытие же берестяных грамот дало возможность непосредственно увидеть реальных действующих лиц этой «малой» истории. Те общие контуры, которые у нас были до того, окрашиваются, приобретают конкретные очертания.

— А о каких сторонах жизни тогдашних людей мы можем судить по берестяным грамотам?

— Берестяные грамоты — это письменность практического характера. Древнерусский человек, когда брался за «писало» (это такой заостренный металлический стержень, которым процарапывались буквы на бересте, греки называли его стилос), исходил из какой-то бытовой необходимости. Например, находясь в поездке, отправить письмо родным. Или написать заявление в суд. Или составить какую-то памятку для себя. Поэтому берестяные грамоты знакомят нас прежде всего с практической жизнью той эпохи. Из них мы узнаём принципиально новые вещи об устройстве древнерусской финансовой системы, о древнерусской торговле, о судебной системе — то есть о том, о чем из летописей мы очень мало знаем, летописи таких «мелочей» не касаются. 

— Есть ли противоречия между тем, что мы знаем из летописей, и тем, о чем говорится в берестяных грамотах?

— По идее, противоречий быть не должно. Но чтобы правильно соотнести содержание берестяных грамот с другими источниками (в первую очередь летописями), надо их правильно понять. А тут есть проблема. В берестяных грамотах люди, как правило, обозначаются только именами, и надо сообразить, кто они — купцы, дружинники, священники, бояре. То есть, например, когда какой-нибудь Милята обращается к своему брату, требуется понять, что Милята купец. А когда Мирослав пишет Олисею Гречину — определить, что первый — это посадник, а второй — член суда. То есть надо соотнести авторов и персонажей берестяных грамот с их социальным статусом и функцией. А это не всегда просто. В целом же можно ответить так: явных противоречий нет, но наши представления об этих сторонах жизни, почерпнутые из летописей, крайне приблизительны, неточны — благодаря же берестяным грамотам они становятся не просто более точными, а наполняются жизнью. Это примерно как карандашный контур человеческой фигуры — и эта же фигура, написанная красками, во всех подробностях.

— Верно ли, что берестяные грамоты находят именно на Новгородчине, и потому они дают новую информацию только по бытовой жизни новгородцев?

— Нет, это неверно. Сейчас берестяные грамоты найдены в 12 городах, среди которых и Псков, и Тверь, и Торжок. Кстати, и Москва — в Москве обнаружено семь берестяных грамот. А самый южный пункт — это Звенигород-Галицкий на Украине. Но правда в том, что большинство берестяных грамот археологи нашли именно в Великом Новгороде. Там их найдено 1089 на данный момент, а во всех остальных городах, вместе взятых — 100. Причина не в том, что новгородцы были грамотнее прочих и больше писали — просто там такая почва, в которой береста лучше сохраняется. Берестяная же письменность была распространена по всей территории Руси.

Кстати сказать, подобные (по содержанию) грамоты использовались не только на Руси — были они и у скандинавов. Скажем, в Норвегии есть так называемый «Бергенский архив» — это документы примерно того же типа: частные записи, письма, записки для памяти. Но не на бересте, а на деревянных дощечках и щепках.

— А кстати, почему не на бересте? В скандинавских странах березы тоже растут.

— Думаю, тут дело просто в сложившейся традиции. На Руси письменность возникла вместе с принятием христианской веры и культуры. Поэтому основной вид славянского письменного текста — это книга, сшитые листы пергамена. И в некотором смысле лист бересты — подобие пергаменного листа. Особенно если его обрезать по краям, как это часто делалось. У скандинавов же их письменность — руны — возникла гораздо раньше, нежели эти народы приняли Крещение. И как привыкли они издавна вырезать руны на щепках и дощечках, так и продолжили вырезать.

Язык берестяных грамот[править | править код]

Большинство берестяных документов с территории Новгородской феодальной республики (из Новгорода, Старой Руссы и Торжка) написано на древненовгородском диалекте, отличающемся от известного по традиционным памятникам древнерусского языка на различных уровнях: в фонетике, в морфологии, отчасти также в лексике. В широком смысле к древненовгородскому диалекту можно относить также и диалект древнего Пскова (имеющий ряд собственных фонетических особенностей). Отдельные диалектные новгородские и псковские явления были известны историкам русского языка и раньше, но лишь по эпизодическим вкраплениям в рукописях, на фоне общей установки писца на более «престижный» язык (церковнославянский, наддиалектный древнерусский). В берестяных же грамотах эти явления представлены либо совершенно последовательно, либо (реже) с незначительным влиянием книжной нормы.

Кроме того, в берестяных грамотах (из всех городов) используется т. н. бытовая графическая система, где, в частности, пары букв ъ—о и ь—е могут взаимозаменяться (например, слово конь может записываться как къне); по такой системе написано подавляющее большинство грамот середины XII — конца XIV века. До открытия берестяных грамот подобная орфография была известна лишь по некоторым пергаментным грамотам и надписям, а также по отдельным ошибкам в книжных текстах: системный характер её также не был выявлен.

В силу указанных обстоятельств в —1970-х годах исследователи берестяных грамот нередко трактовали непонятные места как произвольные ошибки малограмотных писцов против «правильного» древнерусского языка: это позволяло истолковывать спорные места практически как угодно. Выдающийся лингвист А. А. Зализняк в начале 1980-х годов показал, что в берестяных грамотах соблюдается достаточно стройная грамматическая и орфографическая система, в рамках которой свыше 90 % грамот написаны вообще без единой ошибки. Значительная часть прежних прочтений и переводов была пересмотрена, и теперь при исследовании вновь открытых грамот непременно учитывается большое количество сведений об этой системе.

Азбука на кириллице, датируемая — гг. Показаны фотография новгородской бересты №591 и прорисовка букв.

Берестяные грамоты — важный источник по истории русского языка; по ним точнее, чем по другим средневековым рукописям, зачастую сохранившимся только в списках, можно установить хронологию и степень распространённости того или иного языкового явления (например, падения редуцированных, отвердения шипящих, эволюции категории одушевлённости), а также этимологию и время появления того или иного слова. Десятки слов, встречающихся в берестяных грамотах, по другим древнерусским источникам неизвестны. Преимущественно это бытовая лексика, у которой практически не было шансов попасть в литературные сочинения с их установкой на высокую тематику и соответствующий отбор слов. Таким образом, открытие берестяных грамот постоянно заполняет лакуны в существующих словарях древнерусского языка. Грамоты практически непосредственно отражают живую разговорную речь Древней Руси и не несут на себе, как правило, следов литературной «шлифовки» стиля, книжного влияния в морфологии и синтаксисе и т. п. В этом отношении их трудно переоценить.

Грамота №109 (ок. 1100 г.) о покупке краденой рабыни дружинником. Живая русская речь 900 лет тому назад (расставлены современные знаки препинания). Грамота написана по одноеровой системе: ъ выступает как на месте этимологического ъ (читается как сверхкраткое : кънягыни), так и на месте этимологического ь (читается как сверхкраткое : Плъскове, чъто вместо Пльсковѣ, чьто). Вместо ятя везде пишется е

|

Берестяная грамота № 109

Не новгородские грамоты (из Пскова, Смоленска, Звенигорода Галицкого, Твери, Витебска) также несут информацию о древнем говоре данных регионов, однако из-за небольшого количества материала лингвистическая ценность их пока меньше, чем у новгородских грамот.

Имеется некоторое количество грамот, написанных по-церковнославянски, а также пять текстов на неславянских языках: по одной на карельском (знаменитая берестяная грамота № 292 с заклинанием против молнии), латыни, греческом, немецком — новгородские грамоты; на руническом древнескандинавском — смоленская грамота. Последние важны как источник сведений о международных связях древнего Новгорода и Смоленска. В одной из грамот помимо древнерусского текста содержится небольшой русско-карельский словарик; она предназначена для сборщика дани, который уже немного умел объясняться по-карельски.

Общая характеристика грамот

Березовая кора как письменный материал широкое распространение получила в начале XI века и использовалась вплоть до середины XV века. С распространением бумаги использование данного материала для письма сошло на нет. Бумага была дешевле, да и писать на бересте становилось не престижно. Поэтому обнаруженные археологами грамоты – это не сложенные в архивах документы, а выброшенные и попавшие в землю в связи с ненадобностью.

При написании грамот очень редко использовались чернила, так как они были очень нестойкие, и авторы просто выцарапывали на бересте буквы, которые хорошо читались.

Бо́льшая часть найденных грамот – это бытовые частные письма на тему взыскания долгов, торговли и пр. Имеют место и черновики официальных актов на бересте: это завещания, расписки, купчие, судебные протоколы.

Были найдены и церковные тексты (молитвы), школьные шутки, заговоры, загадки. В 1956 году археологи обнаружили учебные записки новгородского мальчика Онфима, которые в дальнейшем получили широкую известность.

В большинстве своем грамоты лаконичны и прагматичны. В них сосредоточена только важная информация, а все, что и так известно адресату, не упоминается.

Характер берестяных грамот – послания незнатных людей – является ярким свидетельством распространения грамотности среди населения Древней Руси. Горожане обучались азбуке с детства, сами писали свои письма, женщины также знали грамоту. То, что в Новгороде была широко представлена семейная переписка, говорит о высоком положении женщины, которая посылала мужу наказы и самостоятельно вступала в денежные отношения.

Значение найденных берестяных грамот огромно как для изучения отечественной истории, так и для русского языкознания. Они – важнейший источник для изучения повседневной жизни наших предков, развития торговли, политической и общественной жизни Древней Руси.

Онфим – ученик из 13 века

Грамота 1090. Фото: msu.ru

Онфим жил в середине тринадцатого века. Исходя из его работ и рисунков, археологи подсчитали, что ему было около шести или семи лет на момент создания этих работ.

Онфим должен был делать своё домашнее задание, которое состояло из написания алфавита, псалмов и повторения слогов. Как и многие славянские дети тогда и сейчас, он очень часто отвлекался и начинал рисовать картинки на «страницах».

Грамота 200

Вот один такой пример, грамота № 200, где Онфим переписывал буквы алфавита в углу страницы, но затем ему стало скучно, и он нарисовал себя в виде воина на коне с вожжами в одной руке, и пронзающим противника копьем в другой. Не забыл и подписать: «Онфим». Возможно, мальчик хотел в будущем стать воином.

Если стрелы закончились, а битва в разгаре – что дальше

При условиях активной стрельбы обе армии в течение нескольких минут оставались без боеприпасов / Фото: bolivar1958ds.mirtesen.ru

При условиях активной стрельбы обе армии в течение нескольких минут оставались без боеприпасов. У них не было возможности отойти далеко от обозов, в которых находились стрелы и от оруженосцев, подносивших стрелы лучникам. Если бы кавалеристы поймали стрелков на открытом пространстве, они тут же пополнили бы ряды мертвых. Чтобы не рисковать, лучники занимали позиции на холмах, сидя на корточках.

Был и очень «грязный» момент в средневековых войнах. Естественно, в связи с дороговизной железных и бронзовых стрел, их количество даже у снабженцев было ограниченным, поэтому приходилось собирать пригодные к повторному использованию боеприпасы на поле боя. Но для этой цели туда отправляли не солдат, а крепостных, а также их детей, проживавших в ближайших деревнях.

Нередко солдаты хитрили, чтобы добыть себе дополнительные стрелы / Фото: smolbattle.ru

Нередко солдаты хитрили, чтобы добыть себе дополнительные стрелы. Эти факты имеют историческое подтверждение. Например, при правлении династии Хань (последние годы), одна из противоборствующих сторон загрузила на лодки тюки соломы и отправилась в плавание вверх по течению Желтой реки.

Со стороны казалось, что они будут атаковать. Противник с берега выпустил в лодки множество стрел, которые добросовестно остались в тюках. Таким образом, запасы были пополнены. Нечто подобное наблюдалось и в войнах между европейцами.

Что писали русичи в берестяных грамотах

Из текстов берестяных грамот ученые узнали много ценной с исторической и этнографической точек зрения информации. Так, отдельные имена, которые давали простым людям на Руси, до находок в Новгороде были неизвестны. Например, такие, как Воислав, Радонег, Твердята, Гостята, Нежка, Ноздрька, Пленко, Офонос.

Разными были и содержания текстов берестяных посланий. Так, в грамоте, которая у археологов получила инвентарный №138, и датирована примерно 1300-1320 гг., некий Селивестр написал свое завещание. Находили археологи и берестяные записки от женщины своему любовнику, послания купцу от взятых под стражу торговцев, распоряжения боярина о выполнении работ приказчиком, и много других коротких посланий, описывающих простые бытовые жизненные ситуации.

Узнали историки и цены того времени на отдельные товары. Так, корова в Новгороде начала XIII века стоила 3 гривны, а за 750 локтей «водмола» – грубого неотбеленного полотна, купец готов был заплатить 31 гривну 3 куны.

После находок отдельных грамот ученые также развенчали миф о том, что ругательства на Руси появились после татаро-монгольского нашествия. В некоторых записках, датированных еще XII веком, встречается довольно много бранных слов.

Лишь один факт, связанный с берестяными грамотами, ученые не могут документально доказать и до сих пор. Исследователи не знают, кто и каким образом доставлял подобные послания от отправителя к адресату. Существует лишь предположение, что в то время в Новгороде работала некая служба доставки берестяных грамот.

Популярное за 7 дней

Михайлово чудо: как вести себя в этот день, чтобы избежать житейских искушений
17.09.21 20:53

Как правильно читать Псалтирь? Какие установлены правила?
15.09.21 13:31

Как часто нужно причащаться?
13.09.21 09:49

Осенняя Лавра
16.09.21 12:36

19 сентября — Воспоминание чуда Архистратига Михаила, бывшего в Хонех (Колоссах)
19.09.21 08:39

Нуждаются ли православные во Христе?
15.09.21 18:17

Осенний Шишкин
14.09.21 11:41

Митр. Антоний (Паканич) о Православии, кириллице, Украине и Европе
13.09.21 20:55

Чудо святого Архистратига Михаила в Хонех – вечная притча о добре и зле
18.09.21 15:44

Центральный вход на территорию Киево-Печерской Лавры будет временно закрыт
19.09.21 12:50

Хронология

Грамота № 206, содержащая склады, фрагмент из тропаря: «Иже в шестый час…», а также семерых забавных человечков, число пальцев которых сильно варьируется.

В издании «Новгородские грамоты на бересте» грамоты Онфима № 199—210 и рисунки без текста получили стратиграфическую датировку примерно — гг. Однако в 1996 году было установлено, что найденная позже грамота № 331, такого же учебного характера, также написана весьма характерным почерком Онфима, между тем она датирована по слоям — гг. Проверка археологической документации позволила установить, что все грамоты и рисунки можно отнести к промежуточному ярусу: — гг. Судя по рисункам, Онфиму было 6—7 лет.

По-видимому, Онфим все свои грамоты и рисунки (кроме, возможно, № 331) одновременно потерял, благодаря чему они были найдены вместе.

Образование 13 века: что изменилось с тех пор?

Грамота 210

Эти «страницы» с домашним заданием Онфима дают нам хорошее представление о том, каким было образование в Новгороде 13-го века, и, что удивительно, мало что изменилось за последние 800 лет. Славянские дети прописывали алфавит, излагали слоги, переписывали хорошо известные всем тексты, в частности псалмы, и практиковали написание писем.

В то время в Новгороде было довольно грамотное население. Огромное количество берестяных грамот свидетельствует о массовой грамотности населения. Действительно, Новгород вместе с Киевом были первыми русскими городами, в которых были официальные школы. Следовательно, Новгород стал важным центром русской культуры, распространяя религиозные знания и переводы иностранных авторов. Богатое культурное разнообразие средневекового Новгорода отражено в этих берестяных грамотах.

Фон

Новгород, ныне известный как Великий Новгород , является важным административным центром Новгородской области . Примерно в 200 километрах к югу от Санкт-Петербурга город окружен березовыми лесами, кора которых веками использовалась местными жителями для письма, так как она была мягкой и легко царапалась. С 1951 года было найдено более 1100 кусочков бересты с надписями, и каждое лето выкапывают все больше.

Термин бересты , обозначающий такие рукописи из бересты , является формой множественного числа от береста («береста»), и изучение бересты называется берестология . Большое количество бересты является показателем высокого уровня грамотности среди населения, как это имеет место большое количество стилуса.

Произведения Онфима

Онфим оставил семнадцать изделий из бересты. Двенадцать из них имеют иллюстрации, пять — только текст. На одном из рисунков изображен рыцарь на коне, который ударил кого-то по земле копьем, при этом ученые предполагают, что Онфим изображал себя рыцарем. Эти записи явно являются домашними упражнениями: онфим практикуется, выписывая алфавит, повторение слогов и письмо псалмы- тексты, которые, по-видимому, были ему знакомы. Его сочинение включает такие фразы, как «Господи, помоги рабу Твоему Онфиму», и отрывки из Псалмов 6: 2 и 27: 3. Действительно, большая часть написанного Онфимом состоит из цитат из Книга Псалмов.

На иллюстрациях Онфима изображены рыцари, лошади, стрелы и убитые враги. Одно яркое изображение, «портрет самого себя, замаскированного под фантастическое животное», находится на предмете 199 (на фото вверху; первоначально это было дно корзины из бересты), на котором изображен зверь с длинной шеей, острыми ушами и кудрявым хвостом. У зверя либо стрела с перьями во рту, либо извергается огонь; в одном из сопроводительных текстов (под рамкой) написано «Я зверь» (текст в рамке гласит: «Привет от Онфима Данило»). Ряды по пять букв по другую сторону от 199 представляют собой упражнение по алфавиту. По пункту 205 (не изображенному в этой статье) Onfim написал Кириллица и добавил «Он » к его имени в середине; под этим алфавитом изображено то, что некоторые исследователи называют лодкой с веслами. Раздел 206 содержит упражнения по алфавиту и «портреты маленького Онфима и его друзей».

Новгородская повседневность

До появления берестяных грамот о повседневной жизни русских городов было известно очень мало. Конечно же, имелись откопанные археологами предметы быта, на основании которых можно понять, как было устроено жилище, как готовили пищу, какую носили одежду и украшения. Но о человеческих отношениях, которые возникали в связи с этими предметами, узнать было неоткуда. Ведь летописи писались при дворе князя или митрополита. И тексты, соответственно, отражали большую политику, а не повседневные проблемы, с которыми имели дело жители городов.

Представьте себе, что вас интересует, например, как в Древней Руси учили читать и писать. Где вы об этом узнаете? Сам факт обучения грамоте упоминается во многих источниках. Например, «Повесть временных лет» рассказывает, что Ярослав Мудрый организовал обучение детей грамоте. Рассказывают про это и некоторые жития.

Мальчику Онфиму, начавшему писать на куске бересты буквы алфавита, вскоре надоело это занятие, и он нарисовал всадника, поражающего врага Фото: DIOMEDIA

Все прекрасно помнят, как трудно давалась книжная премудрость отроку Варфоломею, будущему Сергию Радонежскому. Но никаких подробностей, никакой информации о том, как именно выглядел процесс обучения, в житиях и летописях нет. Теперь же у нас есть более 20 листков бересты, содержащих различные ученические записи. Здесь и азбуки, и списки слогов («склады»), и упражнения, и рисунки. И можно легко себе представить, чему и как учили детей в древнем Новгороде.

Обсценная лексика в берестяных грамотах[править | править код]

Внимание! Неформальная или жаргонная лексика!Содержание этой страницы, части текста или раздела, может показаться некоторым читателям непристойным или оскорбительным.

В последнее время в средствах массовой информации поднимается большой ажиотаж по поводу находок берестяных грамот, содержащих мат, или обсценную лексику. Соответствующие публикации в СМИ и Интернете содержат много прямых домыслов журналистов в поисках сенсации. Между тем данный сюжет действительно представляет несомненный интерес для истории языка и культуры.

К 2005 г. обсценная лексика обнаружена в 4-х грамотах:

  • Грамота из Новгорода № 330 (XIII в.), обнаруженная ещё в конце 1950-х годов; это рифмованная дразнилка, переводится, вероятнее всего: «задница (гузка) е…т другую задницу, задрав одежду». Автор использовал эффект непристойности, помноженный на эффект абсурда.
  • Грамота из Старой Руссы № Ст. Р.35 (XII в.).

В конце записки от Радослава к Хотеславу с просьбой взять у торговца деньги другим почерком приписано: «Якове брате, е…и лёжа!». Примерный смысл этой пометки — «не выпендривайся», «будь как все». Дальше по адресу Якова прибавлены ещё два замысловатых ругательства: ебехота «похотливый» и аесова «сователь яйца». По одной версии, Яков — это христианское имя Радослава, и Хотеслав так отреагировал на просьбу брата. По другой, Яков — это, наоборот, Хотеслав, а Радослав решил собственноручно прибавить к записанному писцом посланию грубовато-шуточное приветствие брату (в пользу этого говорит то, что два ругательных слова вместе напоминают имя Хотеслав).

Грамота № 955. Обсценная фраза в левом нижнем углу.

Грамота из Новгорода № 955 (XII в.; подробнее об этой грамоте).

Это письмо от свахи к Марене — знатной даме древнего Новгорода, найдено в 2005 году. Сваха Милуша пишет, что пора бы Большой Косе (видимо, дочери Марены) выходить замуж за некого Сновида и прибавляет: «Пусть влагалище и клитор пьют» (пеи пизда и сѣкыль). Это ни в коем случае не брань по адресу Марены (вопреки тому, что написано во многих СМИ); аналогичный текст встречается в народных «срамных» частушках, исполняемых во время свадьбы, и в устах свахи это — пожелание, чтоб свадьба состоялась.

Грамота из Новгорода № 531 (начало XIII в., ).

Одна из самых длинных грамот, написанная на обеих сторонах бересты. Некая Анна просит своего брата вступиться перед Коснятином за себя и дочь. Она жалуется, что некий Коснятин, обвинив её в каких-то «поручительствах» (вероятно, финансового характера), назвал её курвою, а дочь блядью: «… назовало еси сьтроу коровою и доцере блядею…». В письме женщина допустила много описок, пропустив, в частности, в этой фразе букву у в слове коуровою (о корове в таком контексте речь идти не может) и с в сьстроу; скорее всего это говорит о том, что перед нами автограф, написанный в эмоциональном возбуждении. Хотя здесь речь идёт именно о грубом оскорблении, корень бляд— (другая степень чередования корня блуд-) не может считаться в полном смысле обсценным для древнерусского периода, так как употребляется и в церковнославянских текстах.

Интеллектуальное шоу

С середины 1980-х годов Андрей Зализняк начал читать ежегодную публичную лекцию, в которой рассказывал о грамотах, найденных за последний археологический сезон, и о сложностях, гипотезах и идеях, которые возникали при чтении берестяных писем. В этих лекциях расшифровка грамот превращалась в решение увлекательных лингвистических задач. Интрига сохранялась до последнего момента, и в поиске ответа участвовали все присутствующие.

Ежегодная лекция, во время которой Андрей Анатольевич Зализняк комментировал новонайденные берестяные письма, стала интеллектуальным шоу, на которое старались попасть не только филологи и лингвисты Фото: Ефим Эрихман / Православие и мир

На первых лекциях присутствовали в основном историки и филологи, но вскоре аудитория перестала вмещать тех, кто хотел стать участником расшифровки древних текстов. Ежегодную лекцию пришлось перенести в поточную аудиторию, но и она не вмещала желающих. Сюда шли все — и лингвисты, и историки, и математики… Учителя гуманитарных классов отправляли на лекцию своих учеников. Люди приходили заранее, чтобы занять место.

Пожилые профессора сидели на ступеньках рядом со школьниками. Для многих осенняя новгородская лекция Зализняка была главным интеллектуальным событием года, которое ждали заранее.

Последние годы лекции проходили в огромной аудитории главного здания МГУ со звукоусилением и проекцией на экран всего, что писалось на доске. Те, кто помнили камерные первые лекции, шутили, что следующим местом проведения новгородской лекции станет стадион.